Авраамий (Часовников Василий Васильевич), архимандрит

Во время учебы в Московском училище живописи Василий Часовников дружил с Исааком Левитаном. Художник-передвижник Яков Минченков вспоминал: «Наряду с Левитаном мне рисуется никому не известная, никем не упоминаемая фигура его друга, школьного товарища Часовникова, прошедшего этап мистицизма до самой бездны.

В тяжелые дни ученичества, когда Левитану приходилось ночевать под скамьями в Училище живописи и питаться на три копейки в день, он подружился с Часовниковым, очень одаренным и чутким юношей. Василий Васильевич Часовников, находившийся в немного лучших материальных условиях, всячески помогал Левитану, делился с ним куском хлеба, давал бумагу, угли для рисования и оберегал от всяких неприятных случайностей в товарищеской среде. Эти две фигуры при всем своем несходстве имели в себе много общего, олицетворяя веяние времени...

Часовников говорил: "Пойдем мы компанией на этюды в окрестности Москвы, бродим, бродим и ничего не найдем интересного, а Левитан сядет у первой попавшейся лужицы и приносит домой прекрасный мотив для пейзажа, и вполне проработанный".

В классах работал хорошо и Часовников. Перов, его учитель, восторгался живописью его этюдов» (Воспоминания о передвижниках. С. 215–216).

После окончания Санкт-Петербургской академии художеств Василий Часовников восемь лет служил преподавателем в Атаманско-Техническом училище г. Новочеркасска. По окончании монгольского отделения Миссионерских курсов при Казанской духовной академии принял монашеский постриг и был рукоположен во иеромонаха. Назначен членом Пекинской духовной миссии указом № 2970 Святейшего Синода от 15.6.1898 г.

Осенью 1898 года началась чума в Ньючжуане в русском поселке, где в барачных постройках жили русские мастеровые, работавшие в депо ветви Инкоу-Дашичао. Предоставленные сами себе, без духовного окормления, они впали в пьянство и уныние, и как только повторились случаи смерти от чумы, население поселка было близко к бунту. Телеграммой обер-прокурора иеромонах Авраамий был командирован в Ньючжуань, устроил там общественное богослужение во временном помещении, дал по возможности военной команде и желающим из рабочих поговеть и причаститься Св. Таин, что принесло всем духовную бодрость. Затем он проехал по линии на север до Ляояна и на юг до Вафангоу, устраивая всюду молебны и совершая требы.

В 1900 году иеромонах Авраамий и братия Пекинской духовной миссии стали свидетелями Боксерского восстания в Северном Китае, о чем отец Авраамий рассказал в своих дневниковых записках, опубликованных в 1901 году под заглавием «Пекинское сиденье».

В 1914 году архимандрит Авраамий на московском подворье Пекинской духовной миссии устроил в своей квартире небольшой лазарет для раненых (в 1914 г. на лечении находилось пять воинов). Кровати, белье и все необходимые принадлежности были пожертвованы Агнией Ивановной Новицкой. Сам отец Авраамий с помощью братии подворья ухаживал за больными.

Восемнадцатого октября 1914 года отец Авраамий освятил храм в честь Рождества Иоанна Предтечи на подворье Пекинской духовной миссии в Москве (на углу Покровской и Ирининской улиц). Храм был сооружен на средства А. И. Новицкой.

«Архимандрит Авраамий был исключительно одаренный человек: прекрасный администратор, выдающийся художник и педагог. Епископ Иннокентий, впоследствии митрополит, поручил архимандриту Авраамию объезды по миссии и давал другие поручения, подчас очень ответственные.

Его трудам обязаны во многом местные подворья миссии. Маньчжурия всегда привлекала его исключительное внимание. Приезжая сюда, он оставался целыми месяцами, наблюдая за деятельностью подворий, проводя в жизнь разные начинания» (Деятельность Пекинской духовной миссии ... С. 109).