Любомудров Александр Иванович, священник

«В средине мая 1904 г. из Харькова отбыл на Дальний Восток 122-й Тамбовский пехотный полк. Незадолго пред походом в эту часть был назначен новый священник о. Александр Любомудров, человек сильной энергии и воли. Пред выступлением из Харькова он обратился в бригаде, состоящей из помянутого и 121-го Пензенского полков, с проповедью. В газетах тогда было единодушно отмечено, что воодушевленная, горячая речь пастыря произвела на воинов потрясающее внечатление. Слово свое говорил он на площади, говорил страстно, зажигая всех своим порывом, своей готовностью идти и побеждать. Все сердца загорелись от его слов, а один солдат не выдержал и закричал из строя: "Постараемся, батюшка!" Чрез два месяца, 16–18 июля тамбовцы участвовали уже в сражении на Юшунлинском перевале. В течение 16-ти часов полк оставался на позиции, отбивая отчаянные атаки в три или четыре раза превосходящего неприятеля, целый день оставаясь без пищи. Много было раненых и убитыхъ. В числе их был и о. Любомудров. О нем в телеграммах было отмечено: "Свящ. о. Александр Любомудров умер от ран; он поступил в Тамбовский полк пред самым выступлением в поход и биографических сведений о нем нет..."» (Светлые страницы ... С. 480–481).

На братском собрании военного духовенства, проходившего 16 ноября 1904 года в Санкт-Петербурге, протопресвитер Александр Желобовский произнес речь о погибшем священнике Александре Любомудрове: «...Скорблю о достойном пастыре, я близко знал его, и особенно жалею его осиротелую семью, состоящую из жены и пятерых детей, 2 девочки и 3 мальчика, все не устроены и в учебном возрасте. Десять лет почивший священник ожидал места для воспитания детей в губернском городе; я был озабочен этим, и в начале минувшего года перевел в Харьков: все были довольны перемещением. И вдруг война, поход, неожиданная смерть: горькое сиротство и вопиющая бедность. Затратился с переездом в Харьков; не успел устроиться на новом месте, собрался с немалыми расходами в далекий поход, разделял с христолюбивыми воинами все тяготы боевой жизни, напутствовал на перевязочном пункте раненых, подвергся сам контузии, и на другой день после нее скончался. Сколько в этом кратком очерке служебной деятельности о. Любомудрова трогательного, поучительного. Жаль, до слез жаль, безвременно почившего достойного пастыря, особенно жаль его осиротелое семейство. Пенсия не обеспечит его достаточно, а главное — на возвратит детям кормильца и отца.

Отцы и братья! В делах милосердия должны идти вперед служители Бога милосердия, пастыри духовные. Зная вашу, многократно испытанную мною отзывчивость к нуждам вдов и сирот, усердно прошу придти на помощь осиротелой семье нашего собрата и сослуживца: дадим каждый, что можем, по усердию, и облегчим тяжелое горе близких нашему сердцу страдальцев. Сряду, по получении печальной вести о смерти о. Любомудрова, семье его выслано пособие из сиротских сумм (200), дано из похоронной кассы (232 р.), положено, до назначения пенсии, ежемесячно по 25 р.: на днях сердобольный Главнокомандующий Манчжурской армией г.-а. А. Н. Куропаткин прислал 600 р. Пособия эти на первых порах осушили слезы, — а потом?! Пенсия не может удовлетворить всех нужд.

Пожертвования прошу вручать и посылать члену Дух. Пр. о. протоиерею Ф. А. Боголюбову, для отправки по назначению.

Все сословия идут на помощь вдовам и сиротам на брани убиенным: и мы, военные пастыри, не забудем вдову и сирот полкового священника» (Братское собрание ... С. 20–21).

На призыв протопресвитера помочь семье погибшего пастыря откликнулись многие военные священники и некоторые миряне. В результате была собрана сумма в размере около 200 руб. Отец протопресвитер выразил от себя и от семьи покойного искреннюю благодарность жертвователям.