Высотский Петр Павлович, священник

Священник Петр Высотский родился 13 декабря 1878 года в с. Иваново-Скрябиных Нерехтского уезда Костромской губернии в семье псаломщика Павла Михайловича Высотского и его жены Анны Николаевны Высотской (Сахаровой). Оба православного вероисповедания. Восприемниками при крещении были: Костромской губернии Кинешемского уезда, 1 стана конно-полицейский урядник Иван Сахаров и г. Шуи Владимирской губернии, мещанка Ольга Николаевна Болотова.

Обучался «грамоте в доме отца своего», затем поступил в Кинешемское духовное училище. Ведомости Кинешемского духовного училища о пособиях учащимся за 1890 год: «Высотский Петр, Нерехтского уезда, села Иваново-Скрябиных, Успенской церкви псаломщика Павла Высотского сын, 11 лет от роду, пользуется пособием с 1889 года. Пособие получает в размере 30 рублей, по вниманию к отличному поведению и хорошим успехам ученика, и по причине бедности отца».

В июле 1900 года Петр Павлович окончил Костромскую духовную семинарию с аттестатом 2 разряда. 2.5.1901 года женился на дочери диакона Олимпиаде Григорьевне Чистяковой. У Петра Павловича и Олимпиады Григорьевны было семь детей: Антонина (1902), Елена (1911), Зинаида (1912), Анастасия (1915), Сергей (1916), Владимир (1918) и Валентина (1922). 

Накануне революции жил с семьей в Никульском, имел дом с «двором, баней, погребом, сараем и амбаром», в 1917 году получал жалования 294 рубля в год от казны и 111 рублей «по кружке». Впоследствии, по воспоминаниям внучки, Валентины Сергеевны Мокрополовой, «служил в с. Филисово, с. Шохна, был назначен благочинным. Жили Высотские к тому времени в г. Родники на ул. Веселая, д. 6, имели собственный экипаж для выезда в театр всей семьей».

Отец Петр Высотский был осужден постановлением тройки УНКВД Ивановской области от 3 декабря 1937 года «за антисоветскую агитацию и участие в контрреволюционной организации» к расстрелу с конфискацией имущества.

Из воспоминаний Валентины Сергеевны Мокрополовой: «По рассказам моего отца [Сергея Петровича Высотского], перед арестом дедушка и бабушка развелись. Дедушка пробирался к ним домой по ночам и куда-то уходил еще до рассвета. Детям и даже мне было настрого запрещено говорить об этих событиях во избежание преследований».

Из материалов уголовного дела № 6990 (5.11.1937–22.11.1937): «Как по своему положению, так и по своим идейным убеждениям я не был советским человеком и не могу быть».

Согласно показаниям квартиранта Т., в феврале 1937 в личной беседе Петр Павлович говорил: «Был у власти Николай, было всего много и жить было всем хорошо. Стал у власти Сталин — ничего не стало. Живут хорошо только те, кто сидит у власти. Все равно им, коммунистам, власть не удержать. Народ их властью недоволен. Рабочие недовольны тем, что им платят нищенскую зарплату, а половина рабочих сидят голодные. Крестьян насильно позагнали в колхозы. В результате этого крестьяне с этими колхозами дошли до нищенства, влачат жалкое существование. Колхозники убедились, что их советская власть обманула и улучшения в жизни не ждут. У всех такое сомнение, что как только советскую власть свергнут, коммунистам тогда напорем».

Квартирант Т.: «Проживаю в доме его жены, с которой он для отвода глаз разведен... посещает жену и детей в ночное время...больше ничего показать не могу, показание свое считаю правильным, написано с моих слов...»

Согласно показаниям других свидетелей: «Подождем, что будет дальше, приходится претерпеть эту власть, настанет время — снова заживем, как жили раньше».

Будучи в д. Ломы, в группе колхозников заявлял: «Да, время какое пришло тяжелое. Советская власть всех со всем притесняет. Жить при ней стало невыносимо тяжело всем. Но пока ничего не сделаешь, надо до поры потерпеть, а там все изменится». В д. Селиванцево: «Советская власть насилует всех налогами, жить всем трудно. В колхозе вы работаете много, а получаете по трудодням мало — государство все забирает, только и работаете для государства. Вот к чему привела советская власть. Ничего вашего не стало, а все государственное».

По воспоминаниям другой внучки, Ольги Павловны Поповой, Петр Павлович заранее предполагал свой арест, и незадолго до него пришел ночью попрощаться с семьей. На память он подарил дочерям по баночке для чая и по чашке кузнецовского фарфора, всем достались разного цвета.

Был расстрелян 16 декабря 1937 года. 4 апреля 1989 реабилитирован на основании ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16.1.1989 года.

В оформлении биографической страницы использовались воспоминания Валентины Сергеевны Мокрополовой и Ольги Павловны Поповой — внучек священника Петра Высотского.