Лебедев Николай Васильевич, священник, святой, исповедник

Происходил из семьи бедного пономаря. Окончив с отличием духовную семинарию, как лучший ученик направлялся на учебу в духовной академии на казенный счет. Но будущий священномученик Николай выбрал «путь служения простому народу», который определил себе с детства.

Впоследствии в своих объяснениях следователям во время заключения в 1929 г. отец Николай писал: «…Я родился в деревне и детство свое провел среди простого народа. Испытавши и нужду и горе, я близко принимал к сердцу нужды и бедность народные. Еще на школьной скамье у меня созрело решение отдать все свои силы на служение темной, забитой, бесправной и бедной деревне... Мне думалось, что нужно прежде всего внести лучи света и знания в темную деревню, нужно поднять ее экономическое положение, — и народ сам завоюет себе и права и свободу...».

В приходе с. Власьево, куда молодой священник был определен ситуация была плачевной. По описанию самого отца Николая: «народ костенел в невежестве, предавался пьянству, а вместе с этим хозяйство в деревне падало, росла бедность и преступность. Бедняцкая часть населения была в кабале у местного кулака Баскакова…». И отец Николай решил бороться с темными сторонами деревенской жизни и «во что бы то ни стало вырвать народ из их цепких лап».

Плоды трудов деятельного пастыря не заставили себя ждать. Вначале была открыта земская школа, а позже в 1904 г. и вторая образцовая земская школа. Священнику удалось добиться закрытия кабаков и пивных. В 1897 г. для борьбы с «пьянством народным» было открыто Власьевское общество трезвости, которое впоследствии разрослось. Открывались отделения во всей губернии. В 1903 г. число членов общества трезвости превысило 10 тысяч человек.

В 1901 г. был устроен приют для алкоголиков с мастерскими: столярной, шорной, сапожной, переплетной, швейной, кузнечной и сельским хозяйством для тех из алкоголиков, которые не знали никакого ремесла. Отец Николай в приют отдал и свой скот, и сельскохозяйственный инвентарь. В приюте проживало одновременно до сорока семи человек. Работа в мастерских была сдельная, пациенты приюта получали готовый стол, одежду, обувь, а остальной заработок выдавался при выходе из приюта.

В 1907 г. открыт приют для беспризорных детей, детей, покинутых родителями, детей алкоголиков, детей с улицы. В приюте детей было до тридцати семи человек, в возрасте от пяти до двенадцати лет. Для детей открыли особую школу, некоторые мастерские. Пожар в приюте осенью 1909 г., истребивший два сарая с запасами хлеба и сена, и отсутствие средств принудили в 1910 или в 1911 г. приют закрыть.

Стараясь понять экономическое положение в селе, священник проводил беседы по сельскому хозяйству, убеждал крестьян вводить травосеяние, развивать садоводство. Как анализировал сам отец Николай: такая «общественная деятельность не могла встретить сочувствие со стороны тогдашнего гражданского начальства. Я считался в его глазах неблагонадежным, и моя деятельность была взята под подозрение».

В 1910 г. священник основал журнал «К Свету», который издавался до революции 1917 г.

После октябрьского переворота 1917 г. у отца Николая отобрали дом и землю. Высаженный его руками сад выкорчевали и уничтожили, в просьбе взять что-нибудь из посаженных когда-то деревьев священнику было отказано.

Отца Николая арестовали в праздник Преображения Господня 19 августа 1929 г. по обвинению в том, что он, «используя положение священника, с церковного амвона вел агитацию, направленную во вред советской власти».

Следствие представляло «картину преступления» следующим образом: «Осенью 1928 г. в деревне Никифоровской близ села Власьево произошло убийство. Из-за семейных неурядиц была убита крестьянка Наумова своей родственницей (золовкой), девушкой Марией Наумовой. Это обстоятельство было использовано Лебедевым, и он, отпевая убитую, над открытым гробом произнес проповедь в присутствии около 50 крестьян, в которой сказал: «Вот до чего доводит нашу молодежь культурно-просветительная работа и наш клуб, благодаря им, наша молодежь так опускается, что идет на убийство», что «в клубах и красных уголках лишь один разврат, и это происходит потому, что наша молодежь отошла от Бога». В текущем году, вследствие расширения совхоза Власьево, земля, принадлежавшая Лебедеву, подлежала передаче совхозу. Лебедев обратился в праздник Преображения к крестьянам с проповедью, где сказал, что советская власть отбирает у него землю и он просит крестьян помочь ему, чтобы земля осталась в его пользовании». Священник категорически отверг это обвинение. 

Благодарная паства в то время, когда отец Николай был в заключении ходатайствовала о его освобождении: «…Всю свою жизнь в нашем приходе он отдавал всего себя народу, борясь с грубостью, невежеством, темнотой, пьянством и хулиганством. Он не занимался какой-либо провокацией и пропагандой против советской власти, не выступал ни на каком собрании. Он никогда не был врагом народа, а был всегда другом его, полезным и ценным членом общества...». Но ход дела это остановить уже не могло (Собор новомучеников и исповедников Соловецких).

Отца Николая приговорили к трем годам заключения в Соловецком концлагере. 9 августа 1931 г. выслали в г. Мезень Архангельской обл., где он был осужден как «участник контрреволюционной группировки».

В материалах архивно-следственного дела вина священника представлена следующим образом: «В апреле 1932 года в г. Мезени органами ОГПУ была раскрыта контрреволюционная группировка, состоящая из административно ссыльных, работающих на лесозаводе № 49. По делу проходит 16 человек: 4 священника (Лебедев Н. В., Альбицкий П. Г., Соколов А. А., Акинфеев П. В.) и представители кулачества, казаков и белых офицеров, эмигрировавших в Турцию и Болгарию и вернувшихся на Родину.

Руководил группой Чайкин Емельян Михайлович, унтер-офицер вернувшийся их Турции. В бараках ссыльные обсуждали политические вопросы, положение колхозов, начавшиеся репрессии, молились, в том числе отслужили молебен по случаю "14-й годовщины Октябрьской революции за скорейшую погибель советской власти". Инициаторами были священники. Все придерживались монархических взглядов. Лебедев, по показаниям свидетелей, распространял стихи и утверждал, что ссыльных отправят на остров Фр. Иосифа (Архив УФСБ России по Архангельской обл. Д. П-8458. Л. 177).

На допросах священники подтвердили, что «держались» вместе, свою вину не признали.

Дочь отца Николая, стараясь вызволить отца на свободу, добилась встречи с членом Верховного суда РСФСР Аароном Сольцем. Он пообещал, что ходатайство будет удовлетворено. Но отец Николай не вернулся. Летом 1933 г. здоровье священника сильно пошатнулось, и его дочь вторично написала Сольцу. «Буду верить, что Вы при всей своей важной работе, — писала она, — сдержите свое честное и стойкое слово коммуниста, и я дождусь, что мой отец действительно приедет ко мне».

Однако, несмотря на все обещания властей, он не вернулся домой (Собор новомучеников и исповедников Соловецких).